Митрополит Клинский Леонид: Александрийский Патриарх должен внимательно прочесть решение Синода Русской Православной Церкви

Протоиерея Андрея Новикова и священника Георгия Максимова вызвали в церковный суд Александрийского Патриархата за их миссионерские труды в недавно созданном Патриаршем экзархате Африки. Причиной создания экзархата, как сообщалось, стало желание более сотни африканских священников перейти в Русскую Православную Церковь в знак несогласия с тем фактом, что Александрийский Патриарх Феодор признал неканоническую церковь Украины (ПЦУ). Приход Русской Православной Церкви на африканский континент был встречен в штыки александрийским епископатом и воспринят как посягательство на каноническую территорию чужой Церкви. Последние события на этой ниве в интервью порталу «Интерфакс-Религия» прокомментировал Патриарший экзарх Африки митрополит Клинский Леонид.

— Владыка, вы сообщили у себя в Telegram, что наших священников, которые сейчас улаживают на местах формальные вопросы перехода африканских общин в Русской Православной Церкви, вдруг вызвали на заседание суда Александрийского Патриархата. Является ли это обычной практикой, насколько допустимо судить священников, принадлежащих к другой Поместной Церкви?

— Нет, конечно. Ситуация это неординарная, и я не помню за свою священническую и архиерейскую практику, чтобы такое было. Но и само создание экзархата — оно неординарное. Скажу так: Александрийский Патриарх должен не искать виновных среди священников, которые исполняют свой пастырский долг по благословению Священноначалия, а должен внимательно прочесть решение Синода Русской Православной Церкви и последнее сообщение Отдела внешних церковных связей, где черным по белому написано, что Русская Православная Церковь призывает Патриарха Феодора пересмотреть свое антиканоничное решение по Украине и вернуться на рельсы канонического Православия, то есть не вносить в него раскол.

Что касается правомочности, то, конечно, вызывать наших клириков в суд они не имеют права. Александрийский Патриарх может обращаться к своим клирикам, к своей пастве. Что до другой Поместной Церкви, то есть определенные рамочные правила, устав, и если Патриарх Феодор какие-то вопросы имеет, то должен обращаться непосредственно к полноте Русской Церкви, а не поступать, как принято в некоторых вроде бы серьезных организациях, которые говорят, что называется, в одно лицо и абсолютно не хотят слышать никого вокруг. Мы такие мантры слышим сейчас и на политической платформе, слышим и от Константинопольского Патриарха, ну, и ему вторит, естественно, Патриарх Александрийский.

— Может ли иметь решение Александрийского суда по делу русских священников какие-то последствия для нашей недавно начатой миссии в Африке?

— Никаких абсолютно последствий это иметь не будет. Это неправомерное решение, которое Русская Православная Церковь никогда не признает.

— Как много священников на сегодня уже перешло из Александрийской в Русскую Церковь?

— Точных цифр я пока привести не могу. Одна миссионерская группа у нас уже вернулась, вторая продолжает еще работать, сейчас ей на смену полетят две других группы, и статистические выкладки меняются практически каждый день. Приблизительное число клириков, перешедших в Русскую Православную Церковь, сейчас около 160-170 человек. Но мы понимаем, что за многими цифрами стоят прежде всего живые люди, с которыми мы работаем на земле. От Александрийского Патриарха они не услышали объяснения того, почему он признал ПЦУ, были только отговорки типа «мы все сами решим». В одной из африканских стран на прямую просьбу объяснить ситуацию Патриарх Феодор, не смущаясь, ответил: «Вам это не надо, это между мной и Патриархом Кириллом».

— А сколько всего священников в Александрийском Патриархате?

— У нас нет данных. Но самое удивительное, что и у них тоже нет. Можете себе представить, да? Несмотря на то, что миссионерский охват Африки произошел в начале прошлого столетия, более ста лет люди несут свое служение на африканском континенте, однако у них до сих пор нет никакой статистики. И это тоже характеризует александрийский епископат.

— Православные живут по всему миру, паства Константинопольского Патриарха есть и в Европе, и в Америке. Глава Элладской Церкви, также признавший ПЦУ, имеет обширную паству в пределах Греческой Республики. Но почему именно африканские прихожане и клирики так остро восприняли тот факт, что их духовный лидер согласился с углублением раскола на Украине, и стали массово переходить в Русскую Православную Церковь? Казалось бы, где Украина, а где Африка…

— По другим континентам я судить не берусь, а насчет Африки, которую с недавних пор курирую, могу сказать, что за десятилетия тут накопилось очень много негатива — и расизм греческих епископов по отношению к своим клирикам из местного населения, и элементарное отсутствие заботы о прихожанах. Я понимаю, что 1,3 миллиарда людей сложно обеспечить заботой. Только если мы говорим о каких-то временны́х рамках, то это сложно сделать за пять, за десять лет, но за сто лет что-то можно было сделать! Чтобы не будки ставились в качестве храмов, а создавались какие-то подобия дома Божия и что-то делалось весомое для обеспечения миссии в этих странах.

— Вернемся к нашим священникам, которые сейчас совершают свою нашумевшую миссионерскую поездку по африканскому континенту. Само это путешествие весьма экзотично. Что более всего их поразило в устройстве православной жизни в Африке, в тех условиях, в которых эта жизнь протекает?

— Поразило отсутствие условий для православной жизни в том понимании, в каком мы привыкли видеть ее у себя в России, например. В некоторых странах люди абсолютно брошены. Епископы их посещают пару-тройку раз в год, а в основном находятся, как правило, у себя на родине — в Греции. По статистике, всего лишь несколько темнокожих епископов было в последнее время рукоположено, и это произошло, прошу заметить, впервые за последние несколько десятилетий!

Многие вещи, с которыми мы сталкиваемся там, — социальные, гуманитарные, образовательные программы — мало того, что их нет, так александрийцы еще усугубляют ситуацию, лишая крова, выгоняя из домов священнослужителей, которые к нам перешли, выгоняя детей из школы, лишая их образования, где-то на приходах перекрывают воду. Я много чего видел в своей жизни и пережил не одну войну, но чтобы в отсутствие военных действий происходил такой, мне не хочется употреблять слово «геноцид», такое унижение коренного населения, я не припомню.

«Интерфакс-Религия»/Патриархия.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.