Игумения София (Силина): Мне Господь дал святых сестер…

«Столько чудес видеть и отчаиваться — было бы просто невозможно!» — эти слова игумении Софии (Силиной), настоятельницы Воскресенского Новодевичьего женского монастыря в Санкт-Петербурге, прозвучали в фильме цикла «Лица Церкви» в YouTube. Матушка с сестрами, действительно, никогда не отчаивалась, хотя трудно им порой приходилось. Особенно — поначалу. Первые насельницы мерзли в неотапливаемых кельях с протекавшими потолками; усложняло положение и то, что какое-то время не было ни водопровода, ни канализации. Да еще часть чиновников из администрации города была против передачи монастырского комплекса обители и чинила всякого рода препятствия. Но на неравную, казалось бы, битву сестры вышли с сильным оружием — молитвой и благословениями духоносных старцев. Вдохновлял их, поддерживал и наказ протоиерея Николая Гурьянова, данный батюшкой в его маленькой келейке на острове Залит: «Стойте за обитель — это ваша обитель!» Ныне, в ноябре 2022 года, открывшаяся миру жемчужина (это определение уже из пророчества о монастыре блаженной Любушки Сусанинской), отмечает 25-летие своего возрождения. Столько памятных встреч и событий было за четверть века! О некоторых из них матушка София поведала порталу «Монастырский вестник».

Пюхтицкая по духу

— Книга с коллективными воспоминаниями о возрождении порушенной обители «Невозможное человекам возможно Богу», выпущенная монастырем в 2019 году, наверное, разлетелась мгновенно, и, верится, что была прочитана людьми на одном дыхании. Матушка, пусть и наши читатели узнают о неких описанных там ярких моментах, душеполезных историях. Может, вначале вспомните Вашу поездку к игумении Варваре (Трофимовой) в Пюхтицу вместе с бабушкой, которая, как и другие Ваши родственники, противилась тому, чтобы Вы стали монахиней?

— Когда я однажды со своими родственниками приехала в Пюхтицу, матушка Варвара очень много времени беседовала с моей бабушкой. Она говорила с ней о духовной жизни, о монашестве, утешала ее. Результат этих бесед меня поразил. Бабушка, прежде с предубеждением относившаяся к моему решению, сказала: «Знаешь, хотя я по возрасту и старше, чем матушка, но чувствую, что она мне как мать». И в Книге почетных гостей бабушка написала: «Познакомилась с матушкой Варварой. Я очень рада, что моя внучка приняла монашество, и желаю ей, чтобы она была такой же, как матушка Варвара». У матушки Варвары был уникальный дар сопереживания: чувствуя это, наши сестры, ездившие в Пюхтицу, рядом с ней словно расцветали, открывая ей сокровенные помыслы, которые не всегда можно решиться высказать даже своей игумении. Матушкина любовь помогла преобразить и сердца моих сродников, а моя бабушка впоследствии приняла постриг в нашем монастыре… Всех, кто знал матушку, поражала ее открытость. Помню, как она давала мне мудрые советы о взаимоотношениях с сестрами, говорила о необходимости терпеливого отношения к чужим немощам и называла меня «доченькой».

— И однажды Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II тепло сказал о Вас: «Пюхтицкая по духу…» Что для Вас эти слова значили?

— Они были сказаны в Иоанновском ставропигиальном женском монастыре Санкт-Петербурга, где Святейший Патриарх Алексий II возглавил праздничную Божественную литургию. После богослужения торжество продолжилось. В трапезной собрались несколько игумений, и Его Святейшество в своей речи отметил, что сегодня здесь присутствуют все пюхтицкие игумении. Одна из матушек решила его поправить: «Ваше Святейшество, — сказала она, — не все. Матушка София — не из Пюхтицы». — «Очего же, — мягко возразил Патриарх на ее замечание. — Матушка София пюхтицкая по духу». В те минуты я прежде всего я почувствовала глубокую признательность Первосвятителю, который особенно любил Пюхтицкую обитель. Было чувство, будто он назвал меня своим пюхтицким духовным чадом, и я, такая никчемная, малоопытная, вдруг оказалась в своей родной большой монашеской семье. Сейчас такое ощущение дают игуменские собрания, монашеские секции Рождественских чтений, монашеские конференции. А тогда я особенно остро ощущала глад по доброму слову опытных монахов, игумений, глад по сестринской поддержке старших игумений. И вот эти теплые отеческие слова Святейшего прозвучали, словно струны Псалтири: приидите, насладитесь сладчайшей трапезы пюхтицкой традиции. Я сложила их в своем сердце и храню их как завет любить святую Пюхтицу, поминать незабвенную матушку Варвару, молиться за нынешних матушку-игумению Филарету с сестрами, на деле исполнять советы матушки Варвары и ее благословения, которых по милости Божией я сподобилась при ее жизни.

— Особенно тронул Ваш рассказ о пронзительной и усердной молитве у чудотворной пюхтицкой иконы «Успение Божией Матери», обретенной на месте явления Богородицы. Вы с плачем молились, и Богородица услышала Вас…

— С матушкой Варварой и Пюхтицкой обителью, действительно, связан один из важнейших переломных моментов в новейшей истории нашего монастыря. Мы очень долго и с большим трудом добивались передачи нам всего монастырского комплекса. Вице-губернатор Валерий Львович Назаров, курировавший в администрации города вопрос передачи монастыря, готов был оказать нам содействие, но столько препон оказалось на этом пути! Такие немыслимые, просто дикие «компромиссные» варианты предлагали нам некоторые чиновники! Со своими переживаниями по этому поводу я отправилась в Пюхтицкую обитель за матушкиным советом. И неожиданно для меня на следующий день туда приехал с визитом губернатор Санкт-Петербурга, сопровождаемый членами администрации города. В составе делегации был и Валерий Львович. Матушка Варвара проводила для высоких гостей экскурсию по монастырю, а я в это время молилась у чудотворной иконы. Я плакала и просила, чтобы Господь помог вернуть наш монастырь. В этот момент подошел ко мне Назаров. Я понимала, что только чудесным образом рядом со мной в ту минуту мог оказаться человек, способный повлиять на принятие долгожданного для нас решения. И оно было принято! Согласно документу, подписанному вице-губернатором по возвращении из Эстонии, нашему монастырю передавались все здания. Правда, находились они в плачевном состоянии. Мы, по сути, пришли на руины, и лишь внешние стены напоминали о храмах и келейных корпусах. А Казанский храм НИИ Электромашиностроения несколько десятилетий использовал в качестве механического цеха, поэтому здание сильно пострадало от вибрации постоянно работавших в нем станков, вмонтированных в бетонный пол. Некоторые здания институт сдавал в аренду, и арендаторы тоже не особо заботились об их сохранности…

— Когда же спустя годы Святейший Патриарх Кирилл посетил Новодевичий монастырь в Санкт-Петербурге, он увидел уже возрожденную святыню, где людские сердца и глаза радовала еще одна зримая веха преображения — колокольня. После ее освящения Первосвятитель сказал, что воссозданная колокольня действительно стала архитектурной, а значит и духовной доминантой, поскольку это храмовая архитектура, украшенная крестом. Можете рассказать, как все было?

— Начну с того, что в 2011 году наша обитель удостоилась великой чести принять поистине вселенскую святыню — Пояс Пресвятой Богородицы. В дни пребывания сей святыни Ватопедский игумен архимандрит Ефрем сказал мне: «Матушка, событие это для Русской Церкви и всего православного мира исключительное. Устройте один из престолов в честь Пояса Пресвятой Богородицы». Все это время я размышляла, как бы наилучшим образом исполнить благословение. Прошло более пяти лет, и к нам в монастырь была принесена Глава преподобного Силуана Афонского. Как раз в те дни наш правящий архиерей владыка Варсонофий приехал помолиться у мощей и совершил чин основания колокольни с надвратным храмом Пояса Пресвятой Богородицы. Затем еще несколько лет прошло, и мы наконец смогли приступить к строительству колокольни. И вот сие начинание увенчалось освящением, совершенным Святейшим Патриархом всея Руси Кириллом 13 сентября 2021 года. День этот был выбран для освящения владыкой-митрополитом как наиболее удобный по случаю визита Святейшего Патриарха на юбилейные торжества святого Александра Невского в Санкт-Петербурге. Получилось символично: именно в этот день празднуется Положение Пояса Пресвятой Богородицы во Влахерне, то есть это день престольного праздника нашего надвратного храма!

После освящения я пришла в келью к Святейшему Патриарху выразить признательность за его Первосвятительское посещение обители и труды по освящению колокольни. Как-то постепенно разговор перешел на очень личные темы, воспоминания о богоборческих временах, о наших почивших сродниках. И я дерзнула сказать Первосвятителю: «А сегодня и день кончины моей первой наставницы в вере — моей прабабушки Марины». Без слез умиления не могу вспомнить, как Святейший Патриарх истово перекрестился и сотворил молитву о простой русской женщине — моей прабабушке, пронесшей через все годы скорбей и испытаний огонь горячей веры и любви к Господу Иисусу Христу. Вспомнили мы и его деда — исповедника веры отца Василия Гундяева, который после концлагеря приехал в Ленинград. Вспомнили, как в юности будущий Патриарх приходил на могилу архиепископа Илариона (Троицкого), погребенного в некрополе Новодевичьего монастыря. Все это хранит память сердца.

Это — словно знак Материнского доверия Царицы Небесной…

— До чего удивительна история обретения чтимого образа Казанской иконы Божией Матери и возвращение в родную обитель, казалось бы, навсегда утраченного монастырского образа Богородицы «Отрада и Утешение»! Тоже ведь чудо!

— Казанскую икону Божией Матери, сменившую многих владельцев, в середине 1970-х годов передали в Николо-Богоявленский собор в Санкт-Петербурге. К ней, потемневшей от времени и небрежения, была приложена записка, в которой сообщалось, что образ некогда находился в одном женском монастыре и являлся местной храмовой иконой. Также там сообщалось, что при ликвидации монастыря одна из стариц-монахинь взяла этот образ себе, а перед смертью благословила им свою келейницу. Девушка переехала в Ленинград, содержала образ в благолепии, но заболела, умерла, после чего икону бросили в выгребную яму. Ее подобрала одна боголюбивая старушка и вручила автору записки, взяв с него обещание хранить и беречь образ. Но чувствуя, что подходит конец его бытия из-за неизлечимой болезни, он пожелал, чтобы образ обрел себе достойное место. Икону — всю в копоти и грязи — поставили в служебном помещении собора. Согласно завещанию, решили передать ее в достойное место — Казанский храм Новодевичьего монастыря. Предполагалось, что художник очистит ее и отреставрирует, а дивный образ вдруг обновился сам: лик Богородицы ожил, краски просветлели…

К этому рассказу мне хочется добавить, что Казанская икона с детства была мной особо почитаема. У нас дома находилась фотографическая икона, купленная в Печорах. С прабабушкой мы заходили в Князь-Владимирский собор к чудотворной Казанской иконе ставить свечи, и перед нею в юности я дала обет служить народу и Церкви Христовой. У этой чудотворной иконы я молилась Божией Матери об указании жизненного пути, о помощи во всяком деле. И у монастырского списка Казанской иконы я принимала самые важные решения в своей жизни. Перед ним совершались многие постриги наших сестер, перед ним возношу я благодарение Богу о великих и богатых милостях, явленных на нас грешных. В дни пандемии коронавируса с чтимой иконой Казанской Божией Матери мы совершали крестные ходы вокруг монастыря.

…А 27 апреля 2014 года произошло у нас чудо второго обретения и возвращения в родную обитель главной ее святыни — иконы «Божией Матери «Отрада и Утешение». Этот список с чудотворного образа на Святой Горе Афон был подарен сестрам в середине XIX века святогорцами и пропал после закрытия и разорения монастыря. Для нас это не просто намоленный образ, а нить, связующая прошлое и настоящее. Словно Царица Небесная чрез возвращение Своего образа приемлет наши малые труды и возвещает нам Свое Материнское доверие, что мы — слабые и немощные, являемся преемницами своих великих предшественниц и не должны посрамить их память.

Преподобный встал у раки и сказал: «Жди»

— У обители много небесных покровителей. Среди них — и любимые наши святые, в подвиге просиявшие в XX трагическом веке: священномученики Иларион (Троицкий) и Серафим (Чичагов), преподобный Серафим Вырицкий. Матушка, а когда Вы стали сознательно ходить в храм и воцерковляться, к кому из великих угодников Божиих душа сразу потянулась и «прилепилась» на всю жизнь?

— Воцерковляться я стала в ранней юности, и в жизнь мою вошел преподобный авва Сергий. Кажется, впервые я увидела его образ на картине «Видение отроку Варфоломею». И этот образ святого отрока стал для меня как-то сразу образом неведомой, таинственной Руси, Руси сокровенной, «где под ласковым небом каждый с каждым поделится Божиим словом и хлебом…». В Князь-Владимирском соборе на Петроградской стороне пред старинным образом Преподобного я молилась и о себе, и об Отчизне, стоявшей тогда на перепутье исторического выбора. Когда довелось в первый раз увидеть Радонежские пределы, в памяти всплыли любимые с юности строки: «Я молю тебя: — Выдюжи! Будь и в тленьи живой, / Чтоб хоть в сердце, как в Китеже, / Слышать благовест твой!..»

В начале 90-х годов прошлого века Свято-Троицкая Сергиева лавра ходатайствовала перед властями о возвращении своего Петербургского подворья. Меня, тогда еще студентку и начинающего юриста, привлекли к этому делу. Будучи с мамой в Москве, мы поехали с ней в Лавру для встречи с отцами по данному вопросу. Душа моя стремилась в духовное сердце России — Дом Пресвятой Троицы, в великую келью аввы Сергия. В Лавру мы приехали поздно вечером, Троицкий собор был уже закрыт, и я почувствовала в душе какую-то огромную скорбь и разочарование. Однако в ночь после поездки в Лавру мне был исключительный сон, в котором я не только увидела Троицкий собор, святую раку, но и самого Преподобного… Преподобный встал у раки и сказал мне: «Жди». И действительно, я дождалась: через четыре года на память преподобного Сергия в Свято-Троицкой Сергиевой Приморской пустыни, что на берегу Финского залива, я была пострижена в мантию. Некоторых первых сестер обители, прихожанок Сергиевой пустыни, тоже там постригали. Поэтому у нас в каждом храме и в трапезной есть образ Преподобного, а в 2014 году Господь сподобил устроить и освятить домовый храм Явления Пресвятой Богородицы преподобному Сергию.

Краткий ответ старца Иоанна (Крестьянкина) на длинное-предлинное письмо матушки Софии

— Матушка, мы с Вами говорили о чудесах, совершаемых по молитвам ко Спасителю, Божией Матери и святым. Но хотелось бы услышать от Вас и о течении внутри-монастырской жизни, о сестрах обители. Не повторялось ли больше то тягостное состояние, о котором Вы как-то написали отцу Иоанну (Крестьянкину)?

— С горечью вспоминаю один период из 1990-х годов. Прошло, пожалуй, года два-три с начала открытия обители. Собралось более двадцати сестер — молодых, творческих, талантливых, одаренных, ярких личностей. Особенно это чувствовалось на службах, когда мы могли поделиться на два клироса и даже петь антифонно. В сердце прокрался помысел: как хорошо, как у нас все устроено, даже поем-читаем антифонно… Исчислив в сердце своем сии монашеские блага, я испытала и участь псалмопевца, исчислившего народ, — много сестер ушло, как-то все обезлюдело… Памятуя этот печальный опыт, могу лишь сказать: монах всегда ходит по лезвию… и нет в этом мире ничего твердого, кроме камня, который есть Христос. И словами апостола могу лишь добавить: «Не почитаю себя достигшим, а только, забывая заднее и простираясь вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе» (Флп.3:3-14). В сложное для себя время (в тот период мне казалось, что и враг, и люди, меня окружавшие, — все против меня ополчились), я написала письмо архимандриту Иоанну (Крестьянкину). Написала его на шести страницах мелким убористым почерком. Ответ получила не скоро. А когда он пришел, то открыв маленький конверт, я увидела фотографию камушка из Дивеево, на котором молился преподобный Серафим Саровский. На обратной стороне снимка было написано: «Матушка! Только с креста видится свет Воскресения». Так одним предложением отец Иоанн ответил на шесть страниц моих душевных переживаний. Письмо духоносного старца укрепило меня в несении игуменского креста на многие годы вперед. Хотя все эти годы я стою с изумлением перед необъяснимым фактом — как мне, такому грешному человеку, Господь дал таких святых сестер! Вижу их живые души, горящие любовью ко Господу, их необыкновенное трудолюбие, жертвенное служение и возношу благодарение Богу за милость, что они мои соработницы в нашем общем деле спасения. Иногда приходится слышать, что в том или ином братстве многие хотят побольше отдыхать, побольше лечиться. Мне же порой приходится не просто уговаривать, а даже заставлять некоторых сестер отдохнуть или немного побеспокоиться о своем здоровье. Конечно, жизнь по уставам общежительного монастыря выявляет наши немощи, страсти, грехи. Но это и есть дар общежительной традиции, когда сестра от сестры укрепляется, в своей жизни переживая проречения псалмопевца: «Се что добро, или что красно, но еже жити братии вкупе» (Пс, 132:1).

Со временем, с опытом, да и отчасти с возрастом все ближе становятся слова одного старца об окормлении братии, сказанные им при поставлении афонского игумена: «Икономия! Икономия! Икономия!» В то же время у каждого человека, в том числе и у игумена, свои особенности характера. Мне, например, очень непросто вразумлять сестер, делать замечания, обращаться с назиданием. Однако, услышав поучение архимандрита Ефрема со Святой Горы Афон, что игумен должен «ловить монаха», постоянно понуждаю себя к сей благой ловитве, преодолевая свою застенчивость и стеснительность. Это ловительство — не только дело игумена, это мое личное монашеское делание, преодоление свойственного падшему естеству эгоцентризма. Лишь на игуменском послушании я отчасти поняла наставления преподобной Арсении Усть-Медведицкой: игумения должна сражаться за спасение сестер как за свое собственное спасение.

Вспоминая 25-летний путь возрождения нашей обители, могу сказать одно: не мы «держим» обитель, а она нас «держит» (см. 9-ю песнь канона Сретения Господня), и «держит» она нас Божественной благодатью; не мы возрождали обитель, а она возрождала наши души, возводила из «мрака неведения».

— В фильме из цикла «Лица Церкви» Вы поделились сокровенным: Вам кажется, что Господь исполнил все Ваши желания. Например, в юности хотелось иметь много детей, не меньше десяти, а теперь их намного больше. Это и ребята из Свято-Владимирской школы, и малышня из приюта «Благодать». Но в Ваш 50-летний юбилей, замечательно совпавший с празднованием 25-летия возрождения Воскресенского Новодевичьего монастыря, может, еще какое-то желание появилось?

— Отвечу словами псалмопевца Давида: «Едино просих от Господа, то взыщу: еже жити ми в дому Господни вся дни живота моего, зрети ми красоту Господню и посещати храм святый Его» (Пс.26:4).

Беседовала Нина Ставицкая

Синодальный отдел по монастырям и монашеству/Патриархия.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.